Интервью с артисткой нашего театра Наталией Мирандола

Накануне юбилея мы пообщались с Наталией Мирандола о профессии, советах начинающим артистам и знаковых проектах. О творческом пути актрисы можно прочитать в интервью ниже.

Наташа, что тебя вдохновляет в профессии актёра? Иногда актёрская игра кажется волшебством, герои оживают благодаря таланту артистов, благодаря вдохновению. В чем же кроется секрет именно твоего вдохновения?

НАТАЛИЯ (Н): На самом деле никакого моего секрета вдохновения, наверное, нет. Потому что вообще актерская профессия, лично для меня, -  это желание поделиться какими-то своими мыслями, своими эмоциями от событий, которые либо произошли в твоей жизни, либо которые ты наблюдаешь у других, либо от прочтения чего-то очень интересного. Вот это то, что я для себя лично определила. Я, кстати, думала об этом, почему вообще захотела стать актрисой, и поняла, что в основе лежит именно эта тема: то есть я хочу, очень хочу поделиться чем-то своим, с людьми. И я думаю, что это на самом деле самое главное - не себя на сцене показывать, не любоваться собой, какой ты распрекрасный, не слушать комплименты, а вот это. Вот, что касается вдохновения лично для меня. Конечно, с другой стороны, понятно, что какие-то роли тебя больше вдохновляют, какие-то ближе тебе по теме или по эмоциональному настрою, ближе твоей актёрской природе - тому, что тебе Бог дал.

А что стало отправной точкой, когда ты твёрдо решила для себя «всё, иду поступать на артистку»?

Н: У меня не было такой точки. С детского сада, наверное, уже понимала, что буду актрисой, потому что я везде и всегда хотела выступать. Я по многу стихов учила для детских утренников. Мучила всех своих родных и друзей своими выступлениями, чтением каких-то рассказов, потому что очень любила читать вслух. Возможно, поэтому у меня вообще такого вопроса не было. Цель стать актрисой была изначально, как только я начала себя понимать. Правда, хотелось, конечно, быть актрисой в кино, потому что театр я посетила впервые только в школе, и он мне очень не понравился. Артисты играли плохо, наигрывали, я видела, что это какая-то неправда на сцене, и меня ничто совершенно не впечатлило. Вот кино - вот это да, вот это жизнь, а это что? Одно притворство.

В каком же театре это случилось?

Н: В детстве я жила в небольшом городе на Южном Урале - очень красивый городок, Златоуст. Театр там был, как я сейчас понимаю, не очень высокого уровня. И когда я сказала сестре, что буду актрисой кино и поеду поступать в Москву, она мне ответила, что все киноактеры работают в театре и считают эту работу более профессиональной. Потом, уже в старших классах, я пробовала свои силы в Народном театре, и мне это очень нравилось. У нас были замечательные педагоги, которые являлись действующими актерами. Но это уже в другом городе, в Семипалатинске. Город был гораздо больше, чем Златоуст, и театр там был очень хорошим.

Поступать в Воронеж мне посоветовала, опять же, моя сестра, которая переехала жить в Лиски, когда вышла замуж. Сказала, что в Воронеже есть театральный вуз: приезжай, поступай сюда, тем более, есть где жить. Я приехала и очень легко поступила на курс Бугрова Владимира Васильевича, нашего ректора вуза. Прекрасный педагог, замечательный человек. Мы были все в него влюблены. А через четыре года, в восемьдесят девятом, меня пригласил в Кольцовский театр Анатолий Васильевич Иванов. Сказал: «Все у тебя здесь будет хорошо».

А каков был твой самый яркий опыт работы над ролью? Или какой-то сценический эпизод, который запомнился, как знаковый.

Н: Ну, не то, что знаковый. Актёры обычно вспоминают режиссёров, с которыми они работали. У нас ведь вся наша работа зависит от режиссёра – верит ли он тебя, любит ли он тебя. Видит ли он тебя в той или иной роли. Насколько актёр и режиссёр понимают друг друга – это самое главное. И поэтому, конечно, мне очень повезло с Анатолием Васильевичем Ивановым, который был просто гениальный режиссёр и педагог. Работать с ним было одно удовольствие. И я с теплом вспоминаю репетиции спектакля «Коломба», где у меня была одна из первых моих ролей в театре. Он как бы наговаривал роль, очень много рассказывал случаев из своей жизни и свои эмоциональные переживания, которые помогли бы тебе понять суть твоей роли. Иногда казалось непонятно зачем он так много говорит вокруг да около. Но потом все как в калейдоскопе складывалось в одну чёткую картинку. И твоя актёрская задача становилась ясной и понятной. Спасибо ему за его уроки!

С большим теплом я вспоминаю режиссёра, который приехал к нам из Армении, Шахвердяна Ваге Суреновича. Он ставил у нас «Дом Бернарды Альба». И его я понимала, даже когда он ничего не говорил. Просто поразительно! При этом я не только про себя говорю – мне кажется, что и другие артисты тоже так же его понимали. То ли он свою энергетику передавал актёрам, то ли это было просто какое-то чудо. Тем более, что как раз с ним я работала после того, как у меня был очень большой простой. Не то что простой в работе, а простой, скажем так, в больших каких-то ролях. На роль Амелии в спектакле «Дом Бернарды Альбы» я сама попросилась. Меня во второй состав включили, я все репетиции сидела в зале и не выходила на сцену – смотрела, как другая актриса играет. И случился момент, когда она не смогла прийти на репетицию, и я вышла на сцену… Конечно, было очень страшно – вроде бы ты текст знаешь, но вольёшься ли в это действие или нет? А после того, как репетиция прошла, ко мне подошёл Ваге Суренович и говорит: ты будешь играть! И всё! И это было счастье! В тебя поверили!  И потом я очень любила этот спектакль, очень любила эту роль, и режиссёра, конечно… Сейчас его уже нет в живых, но он остался в душе. Знаете, существует, наверное, какая-то особенная, профессиональная любовь. Он ко мне очень хорошо относился, и у нас это было взаимно, а ведь это самое главное в театре и в твоей судьбе театральной – отношение с твоим режиссёром.

Потом очень мне нравилось работать с Никитой Раком. Он давал нам всем полную свободу, и он и любил, и верил во всех. Особенно запомнился первый спектакль, который он поставил в нашем театре– «Танец Дели». Это была такая атмосферная история! Сложный был эпизод. Я играла женщину, которой объявляют о смерти мужа в больнице. Спектакль шёл на малой сцене и нужно было в двух метрах от зрителей проживать это тяжёлое известие. Никита сказал: ты эту историю в жизни пережила, поэтому тебе, может быть, как-то проще будет это всё изобразить.

А это проще на самом деле, или наоборот?

Н: Проще. Да. Потому что ты всё это уже знаешь, понимаешь, как это происходит. У тебя нет взгляда со стороны. Ты изнутри понимаешь, как это надо играть. Конечно, каждый режиссёр по-разному бы выстроил эту сцену, но у нас с Никитой всё совпало. И с ним было очень легко, он доверяет актёрам.

Мне очень жаль, что я мало встречалась в работе с Владимиром Сергеевичем Петровым. Он очень интересный сложный и глубокий режиссёр. Я была влюблена в его спектакль «Арест», раз 5 его смотрела. Сейчас мой любимый его спектакль «Маскарад». Надеюсь, на работу в его спектаклях в будущем.  Есть актёр, который тебе подходит, а есть – нет. Видимо, что-то, может быть, у нас с ним не совпадает, хотя он хорошо ко мне относится, и я к нему точно так же.

А есть ли роли, от которых ты отказалась? Почему? И жалеешь ли ты об этом?

Н: Да, была у меня такая роль, от которой я отказалась.

Однажды наш актёр Евгений Малишевский поставил у нас в театре спектакль.

Это режиссёр, о котором я как раз ещё не сказала. О Евгении Малишевском. Он замечательный потрясающий был актёр и талантливый режиссёр! Обожал актёров. И мне не раз говорил, что «открыл меня как комедийную актрису».

Это какой спектакль был?

Н: «Требуется лжец». Там была у меня роль служанки Кулы. Он (Малишевский) нам разрешал придумывать для своих персонажей всё, что угодно. У меня там были маленькие эпизоды с несколькими фразами, и он мне говорит: «Наташа, как-то надо украсить роль, давай что-нибудь придумаем. Я вижу какие-то шарфики». Я говорю: «Шарфики?» Ну ладно, хорошо. Нашла много шарфиков и стала придумывать каждый свой выход — завязывать эти шарфики по-разному, в зависимости от того, какое действие на сцене происходит. Если, например, я влюбилась в главного персонажа и мне нужно было его завлечь, то я себе их как-то игриво на ноги повязывала. Потом, когда я там говорила про Африку, то уже становилась бедуином, и дальше в том же духе. Я так развлекала публику своими выходами, что в конце спектакля, когда просто появлялась на сцене, зал начинал аплодировать, ожидая чего-то новенького. И, конечно, когда тебе аплодирует зал в 700 мест просто потому, что появился на сцене, забыть это невозможно. Женя Малишевский подарил мне такое. К сожалению, спектакль этот шел у нас только два года. Но зато целых два года я была счастлива в этом спектакле.

От чего же ты тогда отказалась? От какого спектакля?

Н: Да, да. Дело в том, что потом, после этой работы, мне начали предлагать небольшие эпизоды в том же комедийном направлении. Один эпизод, второй, третий. И когда случился уже четвёртый, я подумала, что это уже какой-то перебор, начинается повторение, и просто пошла к Иванову, сказала ему: «Анатолий Васильевич, пожалуйста, не надо, я чувствую, что уже начинается что-то не то, что это неинтересно». А он мне: «Вот ты отказываешься от этой роли, я тебе тогда и другую не дам». И действительно я не получила обещанную им роль в «Собачьем сердце». Преподал урок. Больше ни от каких ролей я не отказывалась.

А были проекты, которые стали для тебя переломными?

Н: Я скажу, что, возможно, переломными стали проекты только в Доме актёра. Потому что возникает такой возрастной момент в жизни, когда ты понимаешь, что молодое поколение уже наступает, у тебя всё меньше и меньше работы становится, и тебе нужно не ждать подарков от судьбы, а самой что-то делать в этой жизни. У меня в Доме актёра было четыре проекта. Первый - это спектакль «Фантазии Фарятьева». Играла Александру, но это было уже давно, 14 лет назад. А четыре года назад я пригласила свою однокурсницу — она актриса Орловского театра, которая как раз выучилась на режиссёра, и я пригласила её поставить спектакль «Актриса» в нашем Доме актёра. Сложился очень хороший ансамбль, и вообще там отличная компания собралась. Это и наши актёры, и актёры ТЮЗа, и театра кукол. В результате получился удачный спектакль. И мы продолжили. Я нашла пьесу, называется «Телефон доверия», идёт на малой сцене МХТ. Предложила её поставить Игорю Болдышеву — мне он очень нравится, очень талантливый парень, и как режиссёр, и как хореограф, и как актёр — я сказала: Игорь, если тебе понравится пьеса, давай попробуем её поставить. Он сразу прочитал, сказал, да, мне нравится, и получился отличный спектакль!  Сейчас с успехом идёт в Доме актёра. Следующий проект предложил уже сам Дом актёра. В оригинале пьеса называется «Голубцы по объявлению», а у нас она идёт под названием «Здравствуйте, я по объявлению». Тоже лёгкая комедия, антреприза есть антреприза!

А ещё мне очень интересно заниматься с детьми. Уже около двадцати лет я занимаюсь с дошкольниками. С шестилетками ставлю спектакли, полноценные, продолжительность около часа с песнями, танцами.

Я их и к различным конкурсам чтецов готовлю, и кукольными спектаклями занимаемся, и дети мои завоевывают призовые места в городских и областных детских конкурсах. Так что, если не хватает работы в театре, то всегда есть чем её дополнить. Но заменить работу в театре, конечно, ничем нельзя.

Какие советы ты бы дала начинающим артистам?

Н: Я думаю, что советы дело неблагодарное, тем более начинающим артистам. Я думаю, что каждый артист через себя все пропустит и сам поймет, как и что делать. У нас сейчас очень много талантливых ребят. И все замечательные, как с человеческой, так и с творческой стороны. Успехов им и побольше интересных ролей!

А если не совет, а выводы из личного опыта? Все-таки опыта много.

Н: Работайте, работайте, работайте. Было такое время, когда я ждала. Но пока ты сам не начнешь что-то делать и активно работать, никто тебе ничего не даст. Люди сами творцы своего счастья. Плюс ко всему, время очень быстро бежит, и поэтому ожидания ни к чему — это всё очень быстро пройдет, поэтому надо сейчас работать очень много, хвататься за всё и ни от чего не отказываться, и потом только всё это воздастся со временем. В свое время, когда я пришла в театр, тут работали такие мастодонты, такие мэтры, перед которыми преклоняюсь до сих пор, и у которых училась именно тому, как надо работать. Это Римма Мануковская, Вадим Соколов, Юрий Кочергов, Александр Новиков, Александр Смирнов, Кира Трапезникова, Римма Несмелова — это были, ну, просто какие-то глыбы, на которых я, конечно, снизу вверх смотрела. И получилось так, что в первом своем любимом спектакле «Коломба» они все были моими партнерами и, с ними работать было одно удовольствие. Ну и как не вспомнить тогда ещё молодых, Серёжу Карпова, Сашу Смольянинова, Надежду Леонову, Вячеслава Зайцева, Надежду Иванову… Там вся труппа театра была очень сильной, я даже не могу кого-то выделить отдельно, потому что они все были невероятными! Отдельно скажу только об Александре Александровиче Новикове. Он был до такой степени органичен, что создавалось ощущение, будто нет ни капли какой-то игры. Многие были органичны, но от Сан Саныча Новикова невозможно было глаз отвезти. И, конечно же, Римма Мануковская. Не хочу говорить «звезда», хочу ласково — это просто звездочка! У нас были очень хорошие с ней отношения, и сейчас её ужасно не хватает, потому что это человек, который был, мало того, что, талантливый, но ещё и человеком с большой буквы.

А что помогает тебе восстанавливаться после трудового дня? Как ты расслабляешься?

Н: Я вообще подвижный человек, очень люблю заниматься фитнесом, люблю танцы. Поэтому, не чашечка кофе, а вот именно какая-то физическая нагрузка. Ну и, конечно, путешествия. Мне кажется, это каждого человека вдохновляет на продолжение деятельности, когда ты не сидишь на одном месте, а что-то новое для себя открываешь, что-то смотришь. Вот это и есть мои любимые занятия в свободное время - фитнес и путешествия.